Я был бы плохим инженером, если бы не задался целью выяснить, чем этот фильм трогает меня: правого либерала, антикоммуниста и, на случай кургинян-реванша, заранее антисоветчика, с "неусвоенными или корпоративными" нормами морали. Откуда это постоянство, что во мне отвечает на этот "зов роботов" - такое, что я не знаю по имени, но едва ли соглашусь отдать?

Действительно время Че – это начало XXI века. В это время капитализм, переживший кризисную трансформацию, стал постиндустриальным; марксизм, переживший крах социализма, стал постмодернистским; повстанцы в джунглях с революционной борьбы переключились на наркопроизводство, а действительно партизанское движение переместилось в «каменные джунгли» городов.

Сегодня дата 12 апреля либо совсем уже ничего не говорит молодой публике, либо – тем, кто постарше – навевает лишь смутные романтические воспоминания… А ведь она могла реально перевернуть историю! И в свое время почти перевернула – но застыла на уровне воодушевлений и ожиданий. В социальную и политическую практику ее так и не перевели.

Острые проблемы с созданием такого учебника – это, прежде всего, проблемы кризиса имперского сознания. Противоречие налицо. Империя требует такой учебник. А имперское сознание, которое должно лечь в его основу, уже почти распалось.

Возвращение звания «Герой труда» и значков ГТО, введение «единого учебника истории» и новая школьная форма – вот лишь краткий перечень проектов «советского возрождения», заявленных федеральной властью... Однако консервативные повороты в истории всегда временны, и всякий «застой» с неизбежностью заканчивается «перестройкой».